?

Log in

No account? Create an account

Категория: искусство

Ренуар: история болезни великого художника
Gbrf
onoff49
Трудно представить, что человек, написавший такие легкие и светлые картины, страдал тяжелым недугом, имя которому Ревматоидный артрит.


Болезнь  Ренуара началась с 1897 года. Художник, которому было на тот момент 55 лет, упал с велосипеда, на котором любил разъезжать в поисках сюжетов для своих произведений, и сломал руку.
Травма способствовала развитию суставного заболевания. Из данных литературы и собственного практического опыта знаю, что у пожилых пациентов ревматоидный артрит часто манифестирует именно после травмы.
Однако,  по свидетельству внука художника и оценивая, предоставленную им фотографию,  припухлость суставов наблюдалась уже в 1896 году.



Обратите внимание на припухлость пястно-фаланговых суставов обеих кистей, небольшую припухлость межфаланговых суставов обеих кистей.
Заболевание имело неуклонно прогрессирующий характер и неизбежно приводило к инвалидизации больных. Именно такое течение заболевания наблюдалось у Ренуара.
Лечение носило лишь симптоматический характер.
Только более чем через 30 лет, в 1948 году, американец Hench произведет инъекцию кортизона больному ревматоидным артритом с разительным эффектом, что дало надежду многим несчастным пациентам, однако Ренуару так и не доведется дождаться этих спасительных инъекций.
А пока Ренуар постоянно принимает антипирин, старается делать стоившие больших усилий упражнения с полотенцем, но все это не приносит никакой пользы. Скованность в суставах не проходит почти полдня. Чтобы пройти несколько сот метров от дома до мастерской, он вынужден иногда опираться даже на две палки. Многочисленные врачи, осматривавшие Ренуара, только недоумевая, качают головой и заявляют, что наука ничего не знает об этой форме болезни суставов.
Одним из основных методов лечения суставной патологии в то время служило курортное лечение. В 1904 году художник возлагает большие надежды на лечение на одном из французских курортов Бурбон-ле-Бэн.
С трудом погружается он в ванны и с таким же трудом вылезает из них. Но все тщетно. После проведенного курса лечения он не ощущает ни малейшего облегчения и возвращается домой уже не с палками, а на костылях. Оценивая это с позиции сегодняшних знаний - закономерный результат. Курортное лечение в активной фазе заболевания категорически противопоказано и ведет к ухудшению симптоматики и течения заболевания.

В том же году в «Осеннем салоне» проходит выставка произведений Ренуара с таким успехом, что художник на какое-то время забывает о неудаче курортного лечения.

В попытках улучшить подвижность суставов Ренуару проводится несколько мелких хирургических операций, о чем свидетельствует сам художник в письме другу: «Меня снова царапал хирург. Еще одна операция состоится через неделю, за ней последует еще одна и еще. ……... По правде говоря, нет ни малейшего улучшения, и я лишь все больше и больше становлюсь калекой. А так аппетит у меня нормальный. Все идет хорошо».
Ренуар жил тем, что примирился со своей участью.

Что касается хирургических методов лечения, то, по-видимому, речь могла идти об операциях, направленных на частичное восстановление функции пораженных суставов. Полученные результаты операции заключались не столько в восстановлении движений, сколько в исправлении порочного положения конечности.

Картина «Обнаженная на скалах», написана мастером в 1904 году.




Кисти рук Ренуара к этому времени приобрели характерную для позднего ревматоидного артрита деформацию в виде выраженной ульнарной девиации – отклонение I-IV пальцев кистей в локтевую сторону. По свидетельствам очевидцев Ренуар вынужден был привязывать кисть к руке, для того чтобы работать.
Обратите внимание на фотографию художника этого времени – «визитная карточка» ревматоидного артрита - типичная деформация кистей, ульнарная девиация и атрофия межостных мышц кистей.





С 1912 года Ренуар вынужден пользоваться креслом, не подозревая еще, что больше ему уже никогда не суждено встать на ноги. В этом же году во время пребывания Ренуара с семьей в Париже друзья художника решили показать его одному из лучших специалистов по ревматическим заболевания Анри Готье. После первого осмотра врач, произведший благоприятное впечатление на художника, обещал за несколько недель поставить больного на ноги.  И хотя для изведавшего уже немало способов лечения Ренуара и обещаний вылечить его это казалось утопией, он отнесся к этому обещанию не столько скептически, сколько философски. Основные лечебные мероприятия сводились к лечебной гимнастике и укреплению режима.
К удивлению близких, через месяц Ренуар почувствовал себя уже лучше. Однажды лечивший его врач объявил Ренуару, что настал день, когда художник начнет ходить. Врач приподнял больного из кресла,  и всех поразило, что Ренуар стоит на ногах и с радостью смотрит на окружающих. И даже когда врач отпустил художника, он не упал и, собрав все свои силы, сделал первый шаг, за ним второй, обошел вокруг мольберта и вернулся к своему креслу.
Ситуация напоминала евангельского паралитика, который начал двигаться после того, как Христос приказал ему встать на ноги.

Но вдруг Ренуар, еще стоя на ногах, обратился к врачу:
- Благодарю Вас, доктор. Вы светило! Но я отказываюсь от ходьбы. Она отнимает у меня всю волю, не оставляя ничего для живописи. Если уж выбирать между ходьбой и живописью, я выбираю живопись.
Он снова уселся в кресло с тем, чтобы больше уже никогда не встать с него.

Источник   http://vrachirf.ru/concilium/3863.html
 

Три операции и смерть художника Кустодиева
Gbrf
onoff49
.
Приходилось мне бывать в Астрахани. Город показался мне жутким.
Состоял он, в основном, из деревянных трущоб, пропылённых и грязных. Только в центре города, да на набережной Волги можно было понять, что Астрахань, всё-таки - город и даже разглядеть в ней особую прелесть.
Особенно огорчало почти полное отсутствие в городе деревьев, цветов, да и просто зелени: всё было жёлто- серым.
Спросишь у прохожего: «Как мне пройти туда- то?» и прохожий, показывая пальцем вдаль широкой пыльной улицы, скажет: «Видите вооон там, дерево? Поверните возле него направо и идите и идите себе!»
А вот народ в Астрахани – красивый! Смесь волгарей, татар и кавказцев: яркий, смелый и удивительно во всём свободный народ.
Пожив в Астрахани я долго не мог привыкнуть к забитости и убогости людей средней полосы. Ничего здесь не скажут прямо, всего опасаются и всё говорят только за глаза. У девушек, даже самых юных – обязательно «картофельные» животик.
Так что, если вам понадобятся красивые и свободные люди – ищите их по окраинам нашей империи! На Крайнем Севере, Дальнем Востоке, Астрахани и т.д.
И попал я в Астрахани в картинную галерею.
Тогда это было убогое одноэтажное здание. Но картины в ней были – замечательные: Врубель, Сомов, Кустодиев.
Мы в серьёз обсуждали с друзьями, как можно вынести из галереи маленькую картину Врубеля «Стрекоза». На ней изображена была голубая девушка со стрекозиными крыльями. Девушка эта летела в изломанной позе сквозь деревья ночного сада, освещённого луной.
Картины Кустодиева были «не выносными»: размеры не позволяли вынести их под рубашкой или в портфели, что предполагали мы сделать со «Стрекозой».
Но речь, как раз, о Кустодиеве.
Для моей грызшей меня тогда юношеской депрессии (хотя я и слова такого не знал «депрессия»!) они были эффективным противоядием.
Не стану я их описывать. Вы, наверное, и так их знаете, да и вклепал я в этот пост видео из YouTube.



Поражало то, что картины эти, радостные, наполненные светом и цветом, писал человек, страдающий сильнейшими болями, с парализованными ногами, пролежнями и тазовыми нарушениями!
Уже в молодости у Кустодиева появились мучительные боли в правой руке.
Молодой ещё совсем человек долго просто терпел их и к врачам не обращался.
Однако в 31 год отмахнуться от болезни уже не удавалось: боли в руке и шее все усиливались, не прошло и года, как он вынужден признаться:
«Страдаю очень, особенно по утрам. Подлая рука моя болит вовсю и вместо улучшения с каждым днем чувствую себя все хуже и хуже».
К болям в руке прибавились сильнейшие головные боли со рвотой.
Всё это заставляет Кустодиева наконец обратиться за консультацией к петербургскому неврологу, профессору Эрнесту Августовичу Гизе. «Вчера был у доктора Гизе…. Смотрел целый час – нашел невралгию правой руки и посоветовал сделать рентгеновский снимок плеча и шеи, чтобы узнать, нет ли какой внутренней причины этой страшной боли».
Неизвестно, сделали ли снимки, но известно, что рекомендацию Гезе прекратить работать Кустодиев не выполнял.
Именно в это время Кустодиев получает сообщение, что его картина «Гулянье», отправленная на международную выставку в Брюссель, удостоилась там серебряной медали.
А вскоре, еще более неожиданно, – приятное письмо от министра народного просвещения Италии с просьбой прислать свой автопортрет в коллекцию прославленной галереи Уффици.
Ведь об этом может мечтать каждый художник!
Конечно, он с удовольствием напишет портрет для знаменитой галереи. Вот только необходимо поправить свое здоровье, тем более что после некоторого улучшения вновь появляется с прежней силой боль.
Из письма к И.А.Рязановскому: «Вернулась опять-таки болезнь, но с еще большей силой – хожу из комнаты в комнату, боль в руке адская, а через две недели, вероятно, поеду в Швейцарию – доктора посылают. Я лечился, один говорит одно, другой – другое, а вот последний (профессор Яновский) нашел, что это какая-то железа, от какого-то процесса в легких (невылеченный старый бронхит) давит на нерв – оттого вся и боль. Это, конечно, меня не успокаивает, а еще хуже то, что надо бросать все – всю работу на полном ходу – и уезжать. Это обидно!».
В мае 1911 г. Б.М.Кустодиев в сопровождении жены и сына выезжает для лечения в Швейцарию, в местечко Лейзен под Лозанной. Он поступает в частную клинику, руководимую известным фтизиатром Огюстом Ролье.
Врачи клиники диагностируют у Кустодиева туберкулез шейного отдела позвоночника.
Согласно наработанному опыту клиники, Кустодиеву предписывается регулярно принимать солнечные ванны, а с целью максимальной разгрузки и ограничения движений шейного отдела позвоночника на шею художника надевается корсет.
В клинике Ролье Кустодиев пробыл 9 месяцев!
Однако никакого улучшения не наступило.
В 1913 году Кустодиев длительно и безуспешно лечился во Франции.
На обратном пути, в Берлине его осмотрел профессор Г.Оппенгейм
После тщательного обследования профессор Г.Оппенгейм делает неожиданное заключение:
«У вас никогда никакого костного туберкулеза не было. Снимите корсет. У вас заболевание спинного мозга, видимо, опухоль в нем, нужна операция. Отвезите детей домой и возвращайтесь в Берлин в клинику».
Трудно сказать, что нашёл Оппенгейм на операции. Описывается некая полость с жидкостью, которую «вскрыли».
В результате операции боли уменьшились незначительно , но присоединились новые симптомы: слабость в ногах
.
Вскоре Кустодиева вновь пошлют на бальнеотерапию в Ялту, что совершенно противопоказанно больным с опухолями.
И этот человек, страдающий от болей в рабочей руке, парализованный пишет самые радостные свои картины.
Его «Красавица» наделала много шума в столицах!
Рассказывают, как почти свихнулся некий митрополит, узрев одну из его картин:
«Видимо, диавол водил дерзкой рукой художника Кустодиева, когда он писал свою «Красавицу», ибо смутил он навек покой мой. Узрел я ее прелесть и ласковость и забыл посты и бдения. Иду в монастырь, где и буду замаливать грехи свои».

В марте 1916 г. Кустодиев госпитализируется для очередного оперативного вмешательства. Оперировать художника решается профессор Лев Андреевич Стуккей.
О некоторых подробностях операции можно узнать из воспоминаний дочери художника: «Дали общий наркоз на пять часов. Мама ждет в коридоре… Наконец, профессор Цейдлер вышел сам и сказал, что обнаружен темный кусочек чего-то в самом веществе спинного мозга ближе к груди, возможно, придется перерезать нервы, чтобы добраться до опухоли, нужно решать, что сохранить больному – руки или ноги. «Руки оставьте, руки! – умоляла мама. – Художник – без рук! Он жить не сможет».
Врачи предупредили, что работоспособность вернется не сразу и в течение полугода лучше вообще никак не напрягать руки.
Отныне жизнь Кустодиева замкнута в четырёх стенах. Боли, почти полное отсутствие движений в ногах, начинающиеся «неприятности» с мочеиспусканием и дефекацией.
Но Кустодиев полон замыслов!
Прикованный к постели, художник пишет своей жене, Юлии Евстафьевне: «Несмотря на все, я иногда удивляюсь еще своей беспечности какой-то, где-то внутри лежащей, несмотря ни на что, радости жизни – просто вот рад тому, что живу, вижу голубое небо и горы – и за это спасибо».
В декабpе 1923 г. О.Феpстеp произвёл Б.М.Кустодиеву очередную (третью) опеpацию по удалению опухоли позвоночного канала.
Однако и эта операция не привела к существенному изменению состояния художника.
Поражает то, что почти полностью обездвиженный человек, страдающий от болей, пролежней, мог писать такие светлые, полные жизни картины!
Такие, как «Русская Венера», например!
В марте 1927 г. художник получает разрешение Наркомпроса выехать в Германию для лечения в клинике О.Ферстера, но поездке этой не суждено было состояться. Ослабленный организм оказался не в силах противостоять возникшей инфекции. В конце мая после поездки на дачу к А.Н.Толстому художник заболевает пневмонией, ставшей для него фатальной.

Анализирую болезнь Кустодиева можно сделать такие выводы:
1. Опухоль спинномозгового канала была доброкачественной и находилась вне спинного мозга.
2. Хронология появления жалоб и симптомов указывает на то, что, вероятнее всего, это была опухоль исходящая из нервных корешков, идущих к правой руке.( Так называемая «неврома»)
3. 3. Хирурги того времени ошиблись уровнем операции. Известно, что «вскрыли» два первых грудных позвонка.
Но рука иннервируется корешками, исходящими из шейного отдела спинного мозга! За исключением волокна Th1, идущего к мизинцу руки.
4. Следует признать, что хирургическое лечение ухудшило состояние больного (присоединился нижний парапарез, тазовые нарушения)
В наше время, такая патология хорошо диагностируется и операции по поводу неврином излечивают больных.
Хорошо бы попасть в те времена, вооружённым всеми теперешними диагностическими и лечебными причиндалами!
Вылечили бы Кустодиева от опухоли, Чехова – от туберкулёза, Достоевского – от эпилепсии, Толстого – от депрессии и т.д.
Жаль, что это – невозможно.

Использованы материалы книги Л.И.Дворецкого «Живопись и медицина».