Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

ч. и к.

Путешествие в Стамбул.

Могут ли привлечь автора к уголовной ответственности за разжигание?

.............Бред и ужас Востока. Пыльная  катастрофа Азии. Зелень только на знамени

Пророка. Здесь ничего  не  растет, опричь усов. Черноглазая,  зарастающая  к

вечеру  трехдневной щетиной  часть света. Заливаемые мочой угли костра. Этот

запах!  С примесью скверного табака и потного мыла. И исподнего, намотанного

вкруг  ихних  чресел  что  твоя  чалма.

 Расизм?  Но  он  всего  лишь  форма мизантропии.

 И  этот  повсеместно даже  в  городе  летящий  в морду  песок,выкалывающий  мир  из  глаз  --  и   на  том  спасибо.

………………………………………………………………………………………………………………………………….

Снобизм?  Но  он  лишь  форма  отчаяния.  Местное  население,  в

состоянии полного  ступора сидящее  в нищих закусочных, задрав головы, как в

намазе  навыворот,  к  телеэкрану,  на  котором  кто-то   постоянно  кого-то

избивает.  Либо  -- перекидывающееся  в  карты, вальты и  девятки которых --

единственная  доступная  абстракция,  единственный  способ  сосредоточиться.

………………………………………………………………………………………………………………………………………

В  Топкапи  --  превращенном  в  музей дворце  турецкого  султана  -- в

отдельном павильоне собраны  наиболее священные сердцу всякого  мусульманина

предметы,  связанные  с  жизнью  Пророка.  В восхитительно  инкрустированных

шкатулках хранятся зуб Пророка, волосы с головы Пророка.  Посетителей просят

не шуметь, понизить  голос.  Еще  там  вокруг  разнообразные  мечи, кинжалы,

истлевший  кусок  шкуры какого-то животного с  различимыми  на  нем  буквами

письма  Пророка какому-то конкретному историческому лицу и прочие  священные

тексты, созерцая  которые, невольно благодаришь  судьбу  за незнание  языка.

Хватит с  меня и русского,  думал  я.  В  центре, под стеклянным  квадратным

колпаком, в раме,  отороченной золотом, находится предмет  темно-коричневого

цвета,  сущность коего  я не  уразумел, пока не прочел  табличку.  Табличка,

естественно, по-турецки и по-английски. Отлитый  в  бронзе  "Отпечаток стопы

Пророка".  Минимум  сорок восьмой  размер обуви, подумал  я,  глядя  на этот

экспонат. И тут я содрогнулся: Йети!

 

Стамбульские  же  мечети  --  это  Ислам  торжествующий.  Нет  большего

противоречия,  чем  торжествующая Церковь, --  и нет  большей безвкусицы. От

этого страдает  и  Св. Петр в  Риме. Но  мечети  Стамбула!  Эти  гигантские,

насевшие на землю,  не в силах  от  нее оторваться  застывшие каменные жабы!

Только минареты, более всего напоминающие -- пророчески, боюсь, -- установки

класса земля-воздух, и указывают направление, в котором собиралась двинуться

душа.

Gbrf

Homo hedonismicus или sapiens?

Ни до чего лучшего учёные не додумались, как назвать современного человека - разумным.
Не согласен! Разума в нас – чуть-чуть, на донышке, а всё остальное – стремление к кайфу, балдежу, удовольствиям и наслаждениям.
Homo , скорее hedonismicus, чем sapiens.
Потому что даже базовые инстинкты, имеющие целью простое поддержание и защиты жизни, человек превратил в средства получения наслаждений.

Судите сами.
Животное как ест? Схватит то, что не успело убежать или плохо лежит, и сырым, визжащим от боли и страха – съест где- ни будь под кустом.
А человек? Грубый пищевой инстинкт, он превратил в неисчерпаемый кладезь удовольствий!
Повара изощряются в приготовлении соусов, подлив, приправ. В толстых кулинарных книгах изложено тысячи способов приготовления еды из куска мёртвой коровы, битой птицы и бледных, как покойники, кур.
Кухни, столовые, кафе и рестораны – храмы жратвы! Принятие пищи превращено почти в церковный ритуал. А посуда! Фарфор, серебро и золото, хрусталь
И всё это для того же, для чего гиена гложет мосол дохлой зебры.
А простой инстинкт продолжения жизни?
Примитивнейший возвратно-поступательный процесс, служащий исключительно для продолжения рода, человек превратил в источник самых острых наслаждений.
Ни одна обезьяна не додумалась до Камасутры. Никто, кроме человека не использует вибраторы, фаллоимитаторы, стимуляторы, эротическое белье, помпы, страпоны и искусственные вагины.
Но и этого мало и человек придумывает ещё и всё новые фармацевтические препараты, что бы сделать секс ещё более длительным и острым. Бесконечным.
Инстинкт самосохранения так же превращён человеком в источник удовольствия.
Мы строим не просто стены и крепости с земляными валами, способные защитить нас от холода, ветра и врагов, а дома, всё более напоминающие дворцы. Ампир, рококо, модерн. Гранит, мрамор и стекло. Архитекторы изгаляются и так и этак, лишь бы доставить удовольствие человеку, для сохранности и безопасности которого вполне хватило бы сухой пещеры и костра.

Едва научившись говорит, а затем - писать, человек и из этого сумел извлечь удовольствие! Это поэзия и прочие книги на все лады описывающие одно и то же разными словами.
Научившись извлекать звуки из верёвки, натянутой на палку, человек развил это в ещё один источник наслаждения – музыку.
А наскальные рисунки , служащие совершенно конкретным, практическим целям человек развил до живописи и теперь кайфует. Кто от Дали, кто от Репина, а кто и от Кандинского.
Всё вокруг человек пытается превратить в источник удовольствия.
Тем, кому не хватает этого удовольствия в этом сознании, пытаются это своё сознание изменить и расширить. Для этого люди придумали ЛСД, героин и алкоголь и получают наслаждения по ту сторону дверей.
И так – во всём.
Чем больше удовольствий может добыть человек, тем он счастливее.
Когда все достигнут такого вот окончательного и беспрерывного счастья – жизнь на Земле закончится.
Прямо в этом году и кончится. Я точно знаю.
Gbrf

(no subject)

Да, всё это хорошо - современный дизайн жилья, новые материалы для строительства и отделки – всё новенькое, блестючее.

Но почему, когда хочется спокойствия и уюта – тянет к старым домам и улицам?
Где стены из грубого мшистого камня, где булыжная мостовая и потемневшее дерево.
В старые дома в которых пахнет старыми книгами, чуть - чуть нафталином , сухими травами и подгнившей водой из ваз с увядшими букетами.
Тянет в запущенные парки, где девушка с веслом и дорожки, посыпанные крупным песком.
Почему уютно в потёртых джинсах и мятой рубашке, а не в наглаженном костюме?
Почему тянет на дикий берег с выброшенными на песок корягами и обломками, чьих - то надежд, а не на ухоженную набережную?
Почему пахучие бичи выглядят счастливыми и беззаботными, а мы, вымытые и дезодорированные, в престижном прикиде – озабоченны и злы?
Наконец, почему там, где стройка, развалины, помойки и подвалы – там всегда играющие дети?
Почему для любого ребёнка извозиться, испачкаться, погрузить руки в грязь – величайшее наслаждение?
Не знаю.