onoff49 (onoff49) wrote,
onoff49
onoff49

Category:

Зачем хирургу знать?

Ночью меня вызвали в больницу.
Мужчина с опухолью головного мозга не согласился с нашими методами лечение ( биопсия, химиотерапия, лучи) и срочно заумирал: блеванул, выдал судороги и впал в кому.
Приехал я в больницу, осмотрел больного.
Он уже возлежал в реанимации , пристёгнутый к аппарату ИВЛ.
Лежит и аж вибрирует! Тысячью сигналов: дрожанием век, подёргиванием мышц туловища и конечностей , бешенным маятником глазных яблок, изменением частоты пульса и т.д. он , как радист из тыла врага, радирует нам с реанимационной койки:
- Пиздец, пиздец, пиздец! Отвяньте! Отпустите душу на покаяние! Как поняли? Приём...
Но мы делаем вид, что этой его азбуки Морзе не понимаем и продолжаем однажды начатое дело с упорством идиота.
Разумнее всего было бы вызвать родственников больного и сказать : «Всё как мы и предполагали: неоперабельно, инкурабельно, бог дал, бог взял. Очень вам рекомендуем торгово- похоронный дом «Надежда» , что на ул. Марата. Наши больные предпочитают погребаться стараниями именно этого учреждения».
И все бы были довольны.
Прежде всего — сам умирающий.
Он, как и все прочие предпокойники, умирать не боится.
И родственники его - тем более: устали бояться , плакать и надеяться.
Они , положив руку на сердце — заждались. Банально, но верно: для них ужасный конец- легче, чем ужас без конца.
Вообще то я не понимаю некоторых, с их истерическим страхом смерти.
Не было же нас когда -то? Вот и опять- не будет. Привычное дело.

Мне то же вариант ничегонеделания — предпочтительнее прочих.
Написал бы в историю болезни бочку губернаторов: состояние терминальное, риск оперативного вмешательства превышает опасность самого заболевания, родственники больного на операцию- не согласны ( если с родственниками правильно пообщаться- ни на что не согласятся), погода за окном- не способствует....И т. д. Ни один прокурор потом концов не найдёт.
Постелил бы в кабинете казённые простынки на видавший виды диван ( не домой же возвращаться в четыре утра!), тяпнул бы коньяку за помин ещё не отлетевшей души и — спать!
Трёх часов, с четырёх до семи утра вполне достаточно для бодрого самочувствия на весь последующий день....
Но нет! Нечто берёт меня за шиворот , тащит вон и гундосит в ухо: «А вдруг?! Удали опухоль хотя бы частично, костный лоскут- выкини на хер и законсервируй до лучших времён. А потом, коль вытянет- облучай и химизируй до победного конца. Глядишь, одним инвалидом первой группы станет больше.

Стали мы разворачивать операционную, озадачили анестезиолога.
А ассистента- нет! У дежуранта- полный приёмный покой всякого недоразумения с пробитыми мозгами. Дежуранту не до моей сомнительной операции.
Из дома никого вызывать не хочется.
Хотя дёрнуть из тёплой постели Липкина, как лечащего врача этого умирающего- было бы справедливо! Не он ли довёл дело до такой экстренности?
Тут мне дежурант подсказывает:
- Здесь где-то Макс болтается. Возьмите его. Он спит и видит себя нейрохирургом.

Студент, а ныне- интерн, Макс- личность легендарная!
Он с первого курса практически живёт в больнице.
А что? В больнице можно и поесть и поспать и уроки выучить и медициной позаниматься.
Денно и нощно околачиваясь в больнице,Макс быстро освоил все нехитрые манипуляции медицинских сестёр.
Со второго курса он виртуозно «колол вены». На тонкие, ломкие и детские вены сёстры звали именно Макса.
Между делом Макс переспал с половиной сестринского состава хирургического профиля. В терапии ведь симпатичные сёстры редки до чрезвычайности.
Потом он увлёкся хирургией и по пятам ходил за активными хирургами. Стал много ассистировать на операциях. Небывалое дело: на третьем курсе он уже стоял первым ассистентом на резекциях желудка!
Прочие студенты ещё узлы учились вязать и плохо представляли с какого конца больной начинается, а Макс уже вовсю сёк аппендиксы и оперировал паховые грыжи, пока его старшие товарищи- хирурги курили, пили чай и приходили в себя после вчерашнего.

Вот этот Макс и стал мне ассистировать на нашей экстренной операции.
Ассистент при нейрохирургических вмешательствах нужен только в начале и конце операции.
Ему есть что делать при разрезе мягких тканей головы, на костной части ( трепанации), но при работе на самом мозге, помощь ассистента нужна лишь постольку-поскольку. Если всё идёт хорошо, то хирургу лишние движения и инструменты ассистента в поле зрения операционного микроскопа - только мешают.
Но там, где это было необходимо, Макс помогал мне удивительно хорошо! Где надо — сушил, где надо- тянул. Он предугадывал все мои намерения и движения. И всё — чётко, точно и мягко.
Спросил:
- Часто ассистировал на трепанациях по дежурствам?
- Раз пять. Один раз мне Брайловский разрешил сделать трепанацию. А когда я кость пропилил, сказал: « Давай уж тогда и гематому удаляй!». Я и удалил.
«Молодец- думаю,- пацан! Может быть в самом деле присмотреться к нему? Дежурантов у нас не хватает».
Стал отделять опухоль мозга от сагиттального синуса.
Говорю Максу:
- Это основной венозный коллектор. В него собирается большая часть крови, оттекающая от мозга. Короче, это такая вена, но с плотными стенками, образованными из твёрдой мозговой оболочки. Видишь , как блестит? Не дай бог его повредить...
И тут Макс произносит:
- А как же из крови, текущей в синусе, кислород поступает в мозг? Стенки то , вон какие плотные!
«Шутит, наверное» - подумал я.
-Ну, да.- говорю.- Загадка! А может быть в мозге всё- по старинке, как и в прочих органах: газообмен между тканями и кровью происходит на уровне капилляров? Артериолы отдают кислород, венулы — уносят углекислый газ....
Молчание. С помощью наводящих вопросов попробовал выудить из Макса хотя бы начальные знания по кровообращению, по сердечно- сосудистой системе.
Выясняю, что знает он только то, что кровь по сосудам гонится сокращениями сердца.
О существовании малого и большого кругов кровообращения он не знает ничего!
Что-то он слышал про правый и левый желудочки сердца, о его предсердиях, но для чего человеку такие излишества- не догадывается.
Чем отличается венозная кровь от артериальной — не имеет понятия.
В конце концов Макс обиделся:
- Я же не в кардиохирургию пришёл ассистировать! Или к ангиохирургам!
- Вот спасибо тебе! Стало быть, ты кое-что понимаешь в нейрохирургии? Готовился, читал букварь? Или тебе только Викебедия доступна? Ну так скажи мне, какие доли головного мозга ты знаешь и одинаковое ли их количество в правом и левом полушарии?
Молчит.
С трудом подавил в себе желание выпереть Макса из операционной.
Говорю:
- Если я сейчас дам тебе тяжёлым предметом в ЛОБ, какая доля мозга повредится?
Макса осенило:
- Лобная?!
Продолжаю:
- С похмелья, при каждом шаге, боль бьёт в ЗАТЫЛОК...
- Затылочная!
- Опасны бываю удары в ВИСОК. Чешуя височной кости очень тонкая и при её переломах часто повреждается средняя оболочечная артерия...
- Височная доля!
- Хрен знает, что с тобой делать, Макс! Настучать по ТЕМЕЧКУ?
- Понятно: теменная доля! А какой доли нет в одном из полушарий? Вы же сказали, что их справа и слева — разное количество.
Говорю, сдерживая желание выругаться:
- Давай, Максимка, закончим операцию в скорбном молчании. А то у меня для тебя только поносные слова на языке вертятся.

Что с ним делать? Я даже не подозревал, что такое возможно. Всю эту хрень ведь ещё в школе учат и даже не в старших классах!
И ведь хороший, трудолюбивый парень! Рукастый, сообразительный, целеустремлённый.
И нельзя сказать, что дурак. Он ли себя загнал в такую темень или преподавали ему так? Как он сдавал зачёты, экзамены?
С другой стороны, зачем , в самом деле, мне, нейрохирургу, знать систему кровообращения?
Да и не знаю я её так, как знают кардиохирурги. Вполне возможно, что им мои знания по предмету показались бы убогими и поверхностными.
А может быть и они — не знают? Знают схемы операций, знают куда и что пришивать, а прочие тонкости им и на хуй не нужны?
Так или иначе, но к себе в сотрудники мы Макса точно не возьмём.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 168 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →