onoff49 (onoff49) wrote,
onoff49
onoff49

Category:

Головоломка ( быль).

Хорошее время в больнице — «тихий час» после обеда! В коридоре отделения — пусто, просторно и тихо.
Только санитарка Женя позвякивает своими вёдрами и постукивает шваброй, делая «дневную влажную уборку».
Из-за дверей закрытых перевязочных , где работает «кварц», тянет озоном и от запаха мокрых полов и от этого озона кажется, что отгремела гроза, выглянуло солнце и только пения птиц не хватает для того , что бы почувствовать себя где -нибудь в лесу.
Операция сегодня, к всеобщему удовольствию, закончилась быстро : больной почему то умер сразу после кожного разреза.
Сижу в кабинете и , тщательно подбирая слова,описываю эту кончину в истории болезни.
В дверь постучали и в кабинет вошла молодая женщины в розовом халатике.
Только по халатику над круглыми коленками и можно понять, что вошедшая — в самом деле — женщина.
По хорошо избитому лицу — никогда. Лицо у неё- шире плеч: отёчное , с сине-багровыми парорбитальными гематомами (фингалами, в просторечии), которые сомкнули глазные щели и совершенно не понятно, как обладательница такого макияжа хоть что-то видит.
Поздоровалась, села на предложенный стул. Сказала:
- Вы меня,конечно — не узнаёте? Помните, вы оперировали больного Ковалёва с парасагиттальной менингиомой головного мозга? Я — его жена.
Больного Ковалёва я помню хорошо. И операция была тяжёлой и послеоперационное течение. Ничем иным, кроме чуда, его выздоровление я объяснить не могу.
Жена Ковалёва усердно и толково за ним ухаживала. Сутками напролёт она находилась рядом с мужем: кормила, умывала, помогала ему садиться в постели , а чуть позже — учила ходить.
Когда опасность миновала, мы стали гнать её домой, но женщина продолжала носиться со своим благоверным, как курица с яйцом, да не с простым, а золотым.

-Да, -говорю,- узнать вас трудновато! Что случилось и чем могу помочь?
- Я хочу другой диагноз!
-???
- Я лежу в отделении экстренной нейрохирургии и там мне поставили диагноз ушиба головного мозга с субарахноидальным кровоизлиянием. Это — тяжёлая травма. А мне надо — менее тяжёлую! Сотрясение головного мозга, например. А ещё лучше — ушибы мягких тканей лица и « в стационарном лечении не нуждается».
- А зачем вам это?
- Что бы мужа в тюрьму не посадили! Это ведь он меня избил.

У попа была собака, бляха муха! На колу мочало, начинай сначала. Сказка про белого бычка. Сколько лет работаю- столько и крутится этот сюжет с избитыми женщинами!
Избитые женщины всегда при поступлении рыдают и клянут последними словами ( если в сознании) своих мужей - обидчиков.
Утром следующего дня, под протокол, хлюпая разбитым носом, рассказывают всё пришедшему сотруднику милиции, пишут жалобу и снова рыдают, но уже в телефон маме, папе, подругам, сватье бабе Бабарихе......
К вечеру — остывают: плачут задумчиво и тихо - в подушку.
Потом приходит виновник торжества- муж-убивец. Он берёт избитую жену за тёплую руку, бормочет покаянные слова, пускает похмельную слезу....
И вот уже жертва домашнего насилия бежит к лечащему врачу и просит срочно выписать её к труду, т. к. голова у неё болеть перестала, тошнота — исчезла, как и не бывало и никакого сотрясения у неё, конечно же — нет.
Синяки на лице она замазывает тональным кремом, отчего они делаются ещё более явными.
Позже побитая может заявить, что мужа она - оклеветала , и что побои ей нанёс неизвестный в подъезде.
Или «вспомнит» что сама упала, поправляя занавески на окне.
Или книги с полки посыпались прямо ей в лицо... Вариантов тут бывает много.
И будет требовать немедленно изменить в истории болезни анамнез, данные анализов и рентгена, люмбальной пункции и КТ.
А самое главное — будет просить изменить диагноз.
Потому, как если диагноз будет «лёгким» то, по заявлению пострадавшей, дело на драчуна в милиции - прикроют. Но если диагноз «тяжёлый», дело будет вестись своим чередом, не взирая на примирение сторон.

- Нет!- сказал я побитой Ковалёвой.- Я не могу , да и не хочу вмешиваться в дела врачей другого отделения. Мы занимаемся плановой нейрохирургией, они — специалисты в экстренной. Им и карты в руки.
- Тогда посмотрите моего мужа! Может быть он после вашей операции невменяемым стал?
- Чего это вдруг? Сколько я знаю, он вернулся на прежнюю работу и с ней- хорошо справляется. Когда я его смотрел перед выпиской — только порадовался: спокойный, разумный, судорог нет, под себя не мочится, по углам не плюёт. Да и не в моей это компетенции — невменяемость. Это должны психиатры и психологи определять. И то, если следствие к ним с таким вопросом обратится. Кстати, за что он вас избил?За дело?
- Вот ещё! Приревновал. Бред у него, понимаете?! Я ему: когда ж я тебе могла изменять, если день и ночь в больнице с тобой находилась? А он: вот в больнице и блядовала. Так и сказал- «блядовала». Он раньше никогда таких слов при мне не говорил! «Ты- говорит, думала, что я без сознания и при мне, не стесняясь, с доктором Липкиным сношалась, с Брайловским, с Анатолием Степановичем и с этим..., забыла, как зовут, румянный такой....
- Андрей Петрович?
- Он самый! Его мой муж особенно не любит.
«Я в этом списке, слава богу, не упомянут.- подумал я с неожиданной досадой .- За старика держат. Надо бы утренние пробежки возобновить, похудеть, гантели из под дивана выкатить....».
- Нет! Ничем не могу помочь. Лечитесь, налаживайте личную жизнь. Всего хорошего. До свидания.
Открыл дверь кабинета и женщина, с лицом укушенного пчелой монгола, вышла в коридор отделения. Сделав пару шагов, она остановилась, повернулась ко мне и прошипела:
- Ну вы ещё пожалеете! Не знаете, с кем связались.
Я позвонил заведующему экстренной нейрохирургии Эдуардовичу и рассказал ему о визите побитой дамы.
Эдуардович взвился:
- У этой дуры — строгий постельный режим, а она по больнице шляется! У неё затылочная кость сломана, а на КТ — контузионные очаги в полюсах лобных и височных долей. В ликворе — кровь. Ей ещё — лечиться и лечиться. Мужа жалко: посадят ведь из-за лахудры. Я бы её убил!
- Кровожаден ты, Эдуардыч! Почему ты так взъелся на женщину?
- А то вы не знаете, почему.
- Что я должен знать? Есть больная, есть диагноз. Вот и лечи во все лопатки. Всё остальное — не наше дело.
Но дело оказалось вполне нашим: Ковалёва написала подробную жалобу в облздравотдел и в прокуратуру.
В жалобе этой она утверждала, что при поступлении в больницу, дежурный нейрохирург её толком не осматривал, рентгеновские снимки, КТ и люмбальная пункция ей не производились и «тяжёлый диагноз» был ей поставлен из-за неприязненного отношения дежурного хирурга к её мужу.
Ну и семейка! Бредит муж, бредит жена. Дурацкая ведь и легко опровержимая жалоба.

А через месяц узнаю, что наш румяный Андрей Петрович развёлся со своею женой и , оставив ей квартиру, перебрался жить в медицинское общежитие при нашей больницы.
Как- то вечером я позвонил ему на мобильник.
В трубке долго пел Джо Кокер, а потом вдруг ответил приятный женский голос:
- Здравствуйте! Андрюша сейчас в дУше. А он у нас — в подвале. Кто это звонит?
Я назвался и попросил, что бы Андрей перезвонил мне, помывшись.
Голос в трубке возликовал:
- А, это вы ПК! Приятно вас снова услышать Конечно, всё передам, Не забуду.
- Мы с вами знакомы?
- Я — Ковалёва. Вы моего бывшего мужа оперировали. Мы с вами и после выписки мужа встречались. Помните? А с Андреем мы скоро распишемся. На свадьбу придёте?

Ничего я не понимаю в женщинах и жизни вообще!
Зачем эта женщина так защищала мужа, если у неё уже всё «склеивалось» с нашим Андреем? Не за месяц же у них всё произошло?!
Бредил ли Ковалёв или он в самом деле что-то видел? По крайней мере, с Андреем всё сошлосья. Но как быть с его «бредом» об участии в процессе ещё и Липкина с Брайловским?
Зачем тётка писала на нейрохирургов жалобу?
Может быть она, как и её муж — не врёт и её в самом деле не обследовали?
Или её бурная деятельность- это следствие контузионных очагов в лобных долях?
И на что намекал Эдуардович? Что я, по его мнению, должен был знать?
Рассказал про всё это жене.
Жена смеётся:
- Ты как обманутый муж: обо всех сплетнях и бытовых дрязгах в своём отделении узнаёшь последним! Давно тебе говорю: бросай всё это и уходи в дежуранты на ставку. Сутки отдежуришь — два дня дома . Ремонт сделаем, гараж в порядок приведёшь...
Говорю:
- Откуда ты так всё хорошо знаешь про обманутых мужей? Опыт имеешь?
Поссорились.

P.S. Поднял я из архива историю болезни женщины Ковалёвой.
При поступлении в больницу, в приёмном покое её осматривал и обследовал Андрей!
Он иногда берёт ночные дежурства по экстренной нейрохирургии.

Ребус! Кубик Рубика, который я никогда не умел собирать.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 54 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →