onoff49 (onoff49) wrote,
onoff49
onoff49

Category:

Мария с младенцем.

Я вот что думаю. Американцы больше других усыновляли детей с хроническими заболеваниями.
Наши уроды из государственной дуры, нагло предлагают им теперь брать таких больных к себе на лечение в США и уже излечёнными – возвращать в Россию.
Но как излечить ребёнка с ДЦП? Такие нуждаются более в пожизненном уходе, реабилитации, в корригирующих операциях.
Можно ли вылечить ребёнка с болезнью Дауна? С врождённой гидроцефалией? С эпилепсией?
Нет! Они нуждаются больше в заботе, любви, уходе.
Я , в своё время, много поездил по различным интернатам, сиротским домам и так далее.
Грустное зрелище! В больнице трудно бывает добиться хорошего ухода за такими больными, а во всех этих скорбных домах - того пуще! Лежат вповалку в манежах, на голых клеёнках, мокрые и дурно пахнущие.
Всех приходящих туда, персонал настойчиво просит не брать этих детей на руки. Говорят:
- Вы уедите, а они орать будут и на руки просится!
Меня приглашали в такие дома для консультирования детей с гидроцефалией и спинномозговыми грыжами. Уверяю вас, никто из россиян не помышлял об усыновлении таки детей.
А в период горбачёвской перестройки к нам часто стали приезжать американские врачи. Я сейчас не помню всех юридических тонкостей, но они, эти врачи, как то между делом увезли в США десятки таких детишек.
По этой теме я повторяю свой пост от 2010 года

Мария с младенцем.


Всё это случилось много лет назад, но не забывается.
Жил я тогда в Мурманской области и, закончив ВУЗ, третий год работал в центральной районной больнице весьма общим хирургом.
Больница эта располагалась на пересечении двух оживлённых автомобильных трасс и железной дороги. Тут же находилось несколько предприятий, строек, воинских частей и колония строгого режима.
И вот, всё что билось на этих дорогах, падало в пьяном виде на стройках с лесов, обжигалось не предприятиях, уродовалось в зоне, стрелялось в в/ч, дралось, резалось, ломалось, обострялось в быту – везли в приёмный покой нашей больницы.
Ничего не бояться и ничему не удивляться меня научили именно в этой мясорубке - Кольской центральной районной больнице.
В одно солнечное майское утро наш заведующий В.А.З. вызвал меня к себе и говорит:
- Ты, я слышал, намылился сегодня первую свою холецистэктомию делать?
- Так Вы же сами меня поставили и обещали помочь!
-Сам поставил – сам и отставляю! Успеешь ещё. Поедешь сейчас в Туманный. Там дура жена закрыла пьяного мужа в квартире. Мужик проснулся. Шланги горят, а из квартиры выйти не может. Привязал он бельевую верёвку к батарее и стал спускаться с пятого этажа. Верёвка сразу лопнула, и мужик грохнулся на асфальт. Привезли его в больницу Туманного. Стали раздевать, а из его брюк выпал ключ от квартиры! Глянул бедолага на ключ, матюгнулся и потерял сознание! До сих пор в коме. Звонил только что тамошний главный врач. Хирурга у них нет. Поезжай, разберись.

Не дворе – северная весна в разгаре: земля просохла, светит майское солнце, пахнет первыми клейкими березовыми листочками. Сестрички бегают без толку по больничному двору в коротких халатиках.
А мы, параллельные всей этой благодати, загрузились в жестяный ковчег на колёсиках под названием «уазик» и повлеклись (иначе не скажешь) по разбитой дороге в посёлок энергетиков Туманный.
В «буханке» нас было, в самом деле, как в ковчеге – «всякой твари по паре»
Я, как воплощение всей хирургии района. Операционная сестра, с которой, если верить С.С.Юдину, мне необходимо спать для лучших исходов операций.
Но спать с пожилой Евгенией Васильевной совсем не хотелось!
Анестезистка Верочка, что упруго подпрыгивала на ухабах, прижимая к себе свой чемоданчик, гораздо желаннее, но у неё есть свой начальник – толстый анестезиолог Антонян.
Сотню километров до Туманного мы тащились три часа.
Сразу за Колой, стоило только чуть подняться в сопки, весна кончилась. Зелёный цвет исчез – ни листочка, ни травинки. Голые, чуть прикрытые бурым мхом скалы, россыпи камней и свинцовая вода в бесчисленных озерцах. В отлогих местах – снег. Серо, темно, холодно.
Представляли мы из себя одинокий отряд идиотов, вообразивших, что они могут кого то спасти в этой пустыне.
Скатись «ковчег» под каменистый откос, да и в озеро – будет нам полный абзац - никто и никогда нас не найдёт! Разве что археологи в будущем
Как истолкуют эти археологи малый хирургический набор, рассыпанный между костей четырёх медицинских энтузиастов? Напишут ли потом монографию «Бродячие хирурги в период упадка Эпохи Чрезвычайных Ситуаций»?
Городок Туманный сразу начался торчащими из камней многоэтажками: городские поселения на севере лишены пригородов, частного сектора.
Когда то, здесь планировали строить каскад ГЭС на реке Серебрянка. Наехала тьма специалистов. Туманный процветал. Но потом что - то не сложилось и стройки «заморозили». Специалисты и рабочие разъехались.
Остался небольшой коллектив, обслуживающий единственную построенную здесь ГЭС.
Въехали мы в городок в 13 часов, но на улицах – ни души. Многие подъезды заколочены досками. Минут десять разыскивали больницу.
Оказалось, что построенный не так давно пятиэтажный корпус больницы - не функционирует.
Только на его первом этаже теплилась, какая - то жизнь: тусклый свет за занавесками и при нас санитарка в стеганом халате пронесла туда кастрюли с чем - то съестным: в нос ударил запах пригорелой рыбы.
Чуть позже выяснилось, что там расположился специнтернат для брошенных детей.
Вся теперешняя больница поместилась в одноэтажный барак, расположенный по соседству с закрытым больничным корпусом.
«Наш» больной хрипел в убогой «смотровой». Без сознания. Правое глазное яблоко - максимально отведено кнаружи.
Этот хрип и косящий глаз с расширенным зрачком делал его похожим на бешенную лошадь.
Осмотрели, заинтубировали, санировали дыхательные пути.
Диагностировали перелом обеих бёдер и внутричерепную гематому справа. Кома. Шок.
Стали выводить из шока и думать, как быть с гематомой.
- Что думать!- торопил анестезиолог, - Показания – жизненные! С гематомой он нетранспортабелен. Удаление гематомы, в этом случаи – главное реанимационное мероприятие!
- А где удалять? А инструменты? Трепанационный набор мы не взяли!
-Какие тебе нужны инструменты для трепанации!? Найдём какие - нибудь «кусачки» – и все дела. Трепанируй за милую душу!
С главным врачом пошли в старый, нефункционирующий корпус больницы. Четыре пустых этажа, но везде чисто и порядок. Лифт – функционирует. В операционной всё в рабочем состоянии: светильник, операционный стол, коагуляция.
Чудеса!
- Как это у Вас ничего не разворовали?
-Кому воровать!- сокрушенно ответил главный. – А украдёшь, так как тогда вывезти? Кому предложить?
Было ясно, что все варианты он уже просчитал.

Прооперировали мы больного. Осталось оживить его: восстановить дыхание, восполнить кровопотерю, обезболить и так далее.
На нашу беду именно дыхательная аппаратура в операционной не работала и мы «дышали» за больного « вручную» мешком Амбу.
Решили, что мужчины будут качать мешок по два часа, женщины – по часу.
За окнами операционной выла ночная вьюга. Холодный ветер свободно проникал в помещение через щели в рассохшихся рамах. На подоконниках образовались маленькие сугробы.
Местные медики притащили нам ворох одеял. Накрыли в четыре слоя больного, закутались сами. Хотелось чаю и горячего душа.
Часа в три ночи, что бы разогнать сон, я решил пройтись по остальным этажам пустой больницы.
Спустился по одной лестнице, ещё по одной и заплутал.
Кругом – ни души. Что - то скрипит, что - то потрескивает… Темно и жутковато.
Вдруг - вижу свет, а из за приоткрытой двери палаты слышу нежный девичий голос:
- Ах, ты мой маленький! Спать надо. Закрывай глазки! Я тебе сейчас песенку спою, радость моя.
Спи моя радость, усни.
В доме погасли огни…
Я открыл дверь и заглянул в палату.
В кресле для перевозки сидячих больных сидела очень красивая девушка в медсестринской униформе. Плечи прикрыты вязаным платком.
Красивая девушка держала на руках ребёнка 3-4 лет.
Но что это был за ребёнок! Огромный череп, широко расставленные выпученные глаза, вывернутые веки. Птичий нос навис над тонкими губами. Голова плохо удерживалась на тоненькой шее и клонилась к левому плечу.
Увидав меня, урод визгливо захныкал, обнажая рыбьи зубы.
-Не бойся, Федечка! – мягко заговорила девушка.- Дядя хороший. Он нашего Кузьму Николаевича лечит.
-Вы откуда здесь? – спросил я.
- Мы из интерната. Здесь на первом этаже интернат для неполноценных детей. Со всей области их сюда везут. А это наш Федюша! Спит плохо и интернат не любит. Я, когда дежурю, ухожу с ним сюда и баюкаю. Он под пение хорошо засыпает и потом до утро спит как убитый! Федя у нас мальчик хороший! Послушный, не вредный. Всё понимает.
Федя расшумелся не на шутку.
- Давайте мы ему, что - нибудь уколем!- предложил я.- У анестезиолога хорошие препараты есть. Федя успокоится и уснёт.
- Что вы! Знаете, как он уколов боится! Вот вы сейчас уйдёте, и он уснёт.
- Намёк понял!- сказал я. Но уходить мне совсем не хотелось.
Что бы как то задержаться, спросил:
- Вы давно здесь работаете?
- Это вы так знакомитесь?- улыбнулась девушка.- Что ж, давайте знакомится. Меня зову Маша. Закончила медучилище в Ленинграде. Работаю третий год.
Не замужем. А как вас зовут, я уже знаю. Громко уж очень вы все разговариваете…
Приходите к нам работать! А то врачей у нас не хватает – бегут. А куда от этого убежишь?
Федя окончательно разбушевался и что - бы не мешать Маше я ушёл.
К утру, больной задышал сам. Давление стабилизировалось.
После длительных переговоров за нами прислали вертолёт.
С ужасным грохотом он спустился с грязного неба на единственную ровную площадку - заброшенном футбольном поле.
Мы стали загружать больного в «уазик», что бы отвезти его к вертолёту.
Уже залезая в кабину машины, я посмотрел на больницу.
В окне первого этажа, на подоконнике сидела Маша, радом с какой - то пожилой медичкой.
Увидев, что я смотрю на неё, Маша радостно засмеялась и помахала мне рукой.
Прошло не много, а очень много лет, а я помню эту девушку так, как будто встретился с ней вчера.
И такое ощущение, что знал я её всегда. Ещё до нашей встречи.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 84 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →