?

Log in

No account? Create an account
Безрукие и безынициативные?
Gbrf
onoff49
Привезли к нам в нейрохирургию трёхлетнюю девчонку.
Девочка – в полном ауте: контакту недоступна, дышит через раз, сердце бьётся медленно, словно одолжение делает.
Мать ее – то же бьётся, но в истерике и требует направить девочку в Москву.
Между пароксизмами мамашкиных рыданий, кое – как выяснили следующее.
С рождения девчонка эта страдала гидроцефалией и судорожными приступами. В годовалом возрасте в одной из больниц города Москвы её прооперировали: провели под кожей от головы до передней брюшной стенки трубку американской клапанной шунтирующей системы. Один конец трубки засунули в переполненные жидкостью полости мозга, другой конец – погрузили в брюшную полость. Излишняя жидкость из головы стала стекать в живот.
После этого девочка выздоровела: судороги исчезли, развивалась она нормально и ничем не отличалась от сверстников.
Весь секрет этих систем – в клапане, присоединённом к этой трубке. Клапан пропускает излишнюю жидкость из мозга в живот малыми порциями и при строго определённым давлении, медленно и постепенно.
Если иначе – мозг, лишённый распирающей его «воды», спадается, как проколотый мяч и уменьшается в объёме. При этом кровеносные сосуды, соединяющие мозг с его оболочкой рвутся, и больной начинает помирать от обширных внутричерепных гематом.

Времена тогда были социалистические. Шунты эти мы видели только в учебниках, да в нейрохирургических журналах стран НАТО.
Логика тогда была у наших партийных бонз железная: НАТО- враг и, стало быть, и всё из этих стран исходящее – враждебно нашей великой родине.
Поэтому не было у нас ни шунтов, ни хорошего инструментария, ни нормального доступа к зарубежным источникам знаний.
Но желание работать лучше – было!

Взяли мы девчонку в операционную, разрезали ей пузо и увидели, что конец трубки, помещённый в брюшную полость, закупорен прядью сальника. Освободили трубку и через неё тут же потёк прозрачный ликвор.
Но что это была за трубка! Никакой Америки и прочих клапанов!
Из головы больной до брюшной полости, под кожей, была проведена самая обычная отечественная полихлорвиниловая трубка. Дуоденальный зонд – по-моему. Конец зонда был завязан толстой шёлковой нитью. Чуть выше узла, трубка была вскрыта тремя боковыми разрезами длиною до сантиметра.
По сути это и был, в какой-то мере – клапан. При определённом давлении щелевидные разрезы «раскрывались» и жидкость из головы начинала течь в живот.
Девочка быстро пошла на поправку, и мы отправили её, от греха подальше, в Москву. Может быть, они ей в этот раз настоящий клапан поставят!?
Не знаю, чем всё для этой девочки кончилось: более её к нам не привозили.
После этой больной пошли на нас косяком детишки с гидроцефалией. А как им помочь?

Туда- сюда стали бросаться, искать, звонить, клянчить и писать в ЦК…И ни хера!
Чё, говорят, их лечить, плохо сделанных?! Сосредоточьтесь, говорят, на оказании помощи травмированному на всю голову пролетариату и не бредьте импортными шунтами. Не про вас эта песня.
И тут нашли мы в ближнем Подмосковье доктора нейрохирурга, который под патронатом другого, известного на всю страну, нейрохирурга, организовал подпольное производство этих самых ликворошунтирующих клапанных систем!
Поехали к нему. Посмотрели системы. Очень понравилось!
С боями убедили своего главного врача оплатить самопальные шунты.
И пошла не жизнь, а сказка! Со всех соседних областей поехали к нам «головастики»- гидроцефалы! У них ведь как: чем раньше прооперируешь, тем лучше прогноз.



Схема вентрикулоперитонеального шунтирования при гидроцефалии: 1 — катетер, введенный в боковой желудочек головного мозга; 2 — клапан с помпой; 3 — катетер, введенный в брюшную полость.



Система для дренирования боковых желудочков головного мозга при лечении гидроцефалии.

Уже во времена перестройки стали к нам ездить часто, как на пригородных электричках, американские врачи.
Увидели они наши шунты, и пришли в восторг!
Стали говорить, что наши системы гораздо лучше их, американских. Начали клянчить парочку шунтов для удивления все американской нейрохирургической общественности.
Позвонили мы изготовителю этих подпольных чудес.
Тот стал орать: «Ни в коем случаи! Иначе… и т.д.!».
Позже мы узнали, что он поехал в Америку в надежде наладить и там производство этих шунтов. С ним уехал и его знаменитый шеф.
Шеф вскоре вернулся разочарованный, а изготовитель - остался в США. Но что-то я не вижу его шунтов в фирменной упаковке и с надписью « Made in America»
.
Американцы удивлялись и нашим ранорасширителям для удаления грыж межпозвонковых дисков из щадящего сантиметрового разреза.
Изготовил их для нас, в количестве трёх, слесарь из инструментального цеха комбината «Североникель», что в Мончегорске.
Такой фирменный ранорасширитель стоит неадекватно дорого (да и попробуй его ещё достать!), а с нашим слесарем расплатились мы тремя бутылками коньяка!
Другие умельцы сделали нам набор инструментов для операций на головном мозге. С автоматическими ретракторами, с микропинцетами, рабочие части которых были позолочены! Американцы спрашивали, так и эдак вертя наши инструменты:
- Это Aesculap AG?!
И искали фирменный лэйбл на пинцетах.
Мы гордо ответствовали, что нет, мол, это сугубо русские изделия и даже тут, недалече, сделанные, в слесарном подвале.

Они и нашему микроскопу удивлялись.
Неказистый и очень неудобный в эксплуатации операционный микроскоп «ЛОМО» обладал, вместе с тем, удивительно хорошей оптикой!
Вполне сравним он был в этой опции с микроскопами «Карл Цайс».

Горазды мы бываем ругать русский народ вообще и себя , как часть этого народа, в частности.
Мол, косные мы, тупые, безынициативные, безрукие.
Не знаю как вы, но я в этой ругани премного преуспел.
Но так вот брюзжишь, ноешь, ехидно покашливаешь в кулак, а потом вдруг и подумаешь: «Стоп! А не дурак ли я сам?!».
Вон сколько всего наделали эти «безрукие»!
Да и нас безынициативными – не назовёшь! Выжили ведь и развивались при победившем нас социализме.
Глядишь - и при коррупционном и уродливом русском капитализме выживем.
Но сейчас сделать это будет, как мне кажется, гораздо труднее.