December 11th, 2012

ч. и к.

Такие дела!

Чем примитивнее была медицина, тем больше она была искусством.
В отсутствии томографов, рентгена и микроанализаторов, врач вынужден был быть умным и наблюдательным.
Что бы понять, чем страдает больной, врачу приходилось пользоваться всеми органами чувств.
Он «на глаз» оценивали походку больного, цвет кожи, выражение лица, глаз больного, состояние волос, телосложение…. И т.д. и т.п. – без счёта.
Вследствие зоркости медиков появились такие симптомы как «лицо Корвизара» ( Виолеты, Гиппократа), «львиное лицо». …
Врачи рассмотрели пальцы в виде барабанных палочек и ногти в виде часовых стёкол у больных с хроническими процессами в лёгких. Описали синдромы «крокодиловых слёз» и «кровавого пота». Знали сотни «глазных» симптомов различных заболеваний: феномен «заходящего солнца», «кукольный» феномен, «трепетание век», «смыкание век», «заячий глаз», анизокория, парез взора, нистагм, страбизм….
В «Каноне» Авиценны на сотне страницах описывается походка при различных заболеваниях.
Да и вы, други мои, вовсе не медики, но наверняка знаете походку «нога косит, рука просит» после инсульта. По научному это называется «походка Вернике-Манна», но суть – одна.
Раньше у медиков было такое состязание. Перед группой врачей проходили больные , а врачи должны были по их внешнему виду и походке поставить диагноз.
Были такие ассы, которые диагностировали верно в 100% случаев. Посадить бы сейчас таких в поликлинику!
А какой у старых врачей был слух!
С помощью уха и стетоскопа они оценивали ослабление и усиление тонов сердца, слышали ритм перепела и ритм галопа, щелчок открытия клапана и fremissement cataire (кошачье мурлыканье) и так далее и тому подобное!
Десятки звуковых феноменов врачи слышали при аускультации лёгких.
В животе оны выслушивали «небесную музыку» , «гробовую тишину» и «падающую каплю»!
А пальпация! Мне не хватит терпения писать, а Вам - читать все те симптомы, которые врач мог выявить при ощупывании (пальпации) больного.
Одних симптомов аппендицита известно более ста!
Многое говорили врачам и запахи больного.
Да что там - запахи! Старые врачи могли и лизнуть больного: вкус пота им многое мог сказать.
Я ещё застал педиатров, которые могли попробовать мочу ребёнка на вкус.
В старых книгах по нейрохирургии описывается перкуссия ( выстукивание) покровов черепа у бессознательных больных.
Больного в коме тогдашние нейрохирурги брали на операцию только на основании болезненной гримасы в ответ на постукивание определённого участка головы больного!
Пару раз и я так поступил, когда уже нечего было терять.
Вообще, раньше нейрохирургия, особенно экстренная была сродни детективу.
Всегда – лимит времени, всегда мало данных и нет дополнительных методов исследования, а те, что есть – невозможно применить. И всё – в спешке, т.к. по установкам того времени мы должны были начать оперировать больного с гематомой ( например) не позднее, чем через два часа от поступления его в больницу.
Старые врачи временем распоряжались иначе.
По легенде, Боткин ( а может и не Боткин - но кто то из «тех» врачей) не брался за осмотр больного, если он ( Боткин) не располагал , как минимум, двумя часами времени на это дело.
А Бехтерев сутками сидел у постели больного, наблюдал, выстукивал, выслушивал и только тогда выдавал диагноз не менее точный, чем компьютерный томограф.
Наш нейроофтальмолог Генрих, о котором я здесь уже не раз писал, мог заниматься одним больным весь рабочий день. И, в основном - только расспрашивал. Собирал анамнез. К концу дня он, без КТ, ангиографии и МРТ выдавал «на-гора» диагноз. Обычно- правильный.

Cейчас дистанционная диагностика доступна только мамам и, в ещё большей степени - бабушкам, которые с одного взгляда на ребёнка могут сказать: «Ой, да ты, кажется, заболел, золотой мой!».

Конечно теперь , куда как проще стало работать! Больной чаще всего поступает к нам с уже готовым диагнозом, увешенный, как ёлка, снимками и бланками с заключениями специалистов.
Но я скучаю по тем временам, когда мы «наваливались» на сложного больного всем коллективом, спорили, ссорились, предлагали свои варианты диагнозов… Эдакий «мозговой штурм».
В конце концов, это всегда шло на пользу больному, нейрохирургам и прочим специалистам.
Наш рентгенолог Алексеевич, постоянно ходил на операции и вскрытия тех больных, в диагностировании которых он принимал участие.
Из таких знающих рентгенологов потом получались хорошие специалисты по КТ и МРТ. Они знали анатомию головного мозга. Те нежные девочки, что сейчас пялятся в экраны МРТ, и сотой доли не знают того, что знали они!

Всё написанное выше никак не отменяет ценность томографических исследований. Исходы наших операций с появлением МРТ и КТ улучшились.
Но исчез, как сейчас говорят - драйв. Ушёл элемент приключения, риска, игры на грани фола.
Словом, угодить человеку невозможно: раньше я мечтал о томографах, теперь скучаю по диагностике по длине ресниц и перкуссии головы.
Такие дела! (с).
ч. и к.

Мысли после приёма аспирина и малинового варенья.

Я атеист, афей. Так - проще.
Но когда припрет - невольно вспоминаю молитвы. И почти всегда – не впрок.
Как то жена раньше меня уходила из дома на работу. Смотрел из окна, как она пробиралась между лужами, залившими наш двор и думал: «Не дай Бог с ней что то случится - не выживу!» И «на автомате» возникла в голове «Отче наш». Домолился! Жена в этот же день сломала ногу.
И так почти всегда! Стоит обратится к высшим силам, мол, помогите ребята, что вам стоит – тут же получаю по шапке. Не любят они меня. А может быть - испытывают?
Но это – так - преамбула, а сказать хочу вот о чём.
Дарвин, он конечно молодец: всё логично объяснил. Что тут скажешь- гений!
Но всё равно – наврал!
Не поверю я, что так могло естественно сложиться, что из белковых капель коацерватов возникли клетки, а они в свою очередь объединились в многоклеточные организмы. И так через червяков всяких, гадов ползучих , мартышек со вирусами, дошло дело до человека с его искусными руками, чувствами, а главное – мозгом!
Мозг – непознаваем. Копировать, моделировать его – невозможно.
Мы знаем каждую его структуру, каждую клетку, но сам он остаётся тайной.
Вот больной в коме, но на МРТ и КТ со всякими ухищрениями - никакой патологии не видим. Её, патологию, и на вскрытии мы не можем найти! Так - догадки и инсинуации мало трезвого патологоанатома Рувимыча, которые затем вносятся в посмертный диагноз.
А бывает - мозг всмятку, а больной весел и жизнерадостен. Курит в сортире и рассказывает своим собратьям по повреждённому разуму случаи из жизни еврейского народа.
Некоторые структуры мозга – ничтожны по размерам, а отвечают за жизненные функции. Их заболевания грозят человеку непоправимыми бедами.
Но тут же мы их разрушаем сознательно, при некоторых заболеваниях ( эпилепсии, паркинсонизме, алкоголизме и т.д.)- и хоть бы хны! В смысле и вреда больному никакого нет от наших вмешательств и эпилепсия его остаётся при нём.
Каждые миллиграмм мозга бесценен и несёт важную функцию, но при травмах и доступе к некоторым образованиях мозга, при операциях, мы повреждаем достаточно большие объёмы мозга, но последствий от этого не видим.
Все наши чувства, страсти, разум заключён в это прекрасное образование – МОЗГ!
Не представляю, что он мог возникнуть естественным путём, вследствие всяческих отборов, упражнений, борьбы и прочей дарвинистской чуши.
Не знаю, кто создал его, но- СОЗДАЛ! В этом случаи я готов согласится с наличием в прошлом существа, называемого Богом. Он- мог сотворить мозг.
Такое объяснение возникновения мозга более реалистично, чем все теории биологов и прочих больших учёных.
Создал Бог мозг и исчез с чувством хорошо сделанного дела.
А зачем он теперь нужен, когда уже есть такие мозговитые ребята?

Завтра- всё- иду на работу. Не могу более болеть!
Тут ещё целый день трындят и по радио и по ТВ про наш ответ на список Магнитского. Хотят противопоставить ему то «список Димы Яковлева», то «список Бута». Совсем крыша у них съехала.
Не у всех мозги одинаково хорошо работают.
Если Бог есть, как ошибочно предполагают некоторые, то как он терпит всю эту братию?,