January 19th, 2012

Gbrf

Не об этом я хотел написать.

Некоторые больные, что с ними ни делай (хоть ложись под них!) упорно лезут на тот свет.
Как будто ждут их там и срок встречи давно назначен.

Прихожу на работу и в реанимации обнаруживаю сын своего соседа по лестничной площадке.
Идиот этот спёр у папы ключи от машины и по пьяни въехал в столб.
Машина – в хлам, череп идиота – того хуже: обе лобные доли мозга размазались по рулю. Дежуранты произвели над ним филигранную нейрохирургическую операцию: выломали на хрен «пассатижами» внедрившиеся в мозг отломки костей черепа и отсосали его большую часть, разбитую всмятку и похожую… Правильно! На манную кашу пополам с малиновым вареньем.
Над всем этим безобразием красиво ушили мягкие ткани.
К утру парень был уже в сознании.
Спрашиваю:
- Что ж ты, Костя, мать твою, «Лексус» так уделал?! Убьёт тебя папаша, если жив останешься!
- Зачем «убьёт»? Это же я машину разбил! Не чужой какой-нибудь…
В предбанники реанимации мама Кости уже всю плешь проела папе на тему: «Где хранить ключи» и «У всех муж, как муж, и только моему всё по фигу: и жена и дети. Одни бляди и выпивка на уме».
Рассказал я им о Костиных делах и посулил благоприятный исход
Не тут то было!
В пустое место Костиного черепа набежала кровь. Образовалась массивная гематома, которая сдавила остатки его бестолкового мозга.
Костя впал в кому и стал целенаправленно отбрасывать тапочки.
Взяли мы его ещё раз в операционную и удалили гематому.
У Кости развилась деструктивная пневмония и он половину лёгких выкашлял на потолок через трахеостому.
Кое- как справились мы и с пневмонией, и тут же у Кости возникло массивное желудочное кровотечение. Это не редкость у больных с тяжёлой черепно-мозговой травмой.
Кое как, с чехардой: «отделение - реанимация; реанимация – отделение» и так пять раз, остановили и кровотечение.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.
Тем не менее, настал- таки день, когда мы осторожно заговорили о выписке.
Тут Костя и его родители встали на дыбы!
- Это как же он с таким дефектом в костях черепа будет жить? А если упадёт или кто из друзей кулаком в дыру въедет?! Опять же мы новую машину купили…
Объясняли мы долго, что не стоит торопиться и закрывать дефект. Говорили, что слаб ещё Костя и что надо, как минимум, с полгода подождать…
Родители кивали и даже, как будто, соглашались.
А потом поднялись на крыло и увезли сына в Москву, где в больнице № Икс, за немалые деньги, закрыли Костину дыру дешёвой пластмассой.
После этого Костю стали бить судороги.
А так как (напоминаю), жили они со мной на одной площадке, то через две ночи на третью, меня начали призывать к содрогающемуся в пароксизмах Косте.
В конце концов, Костя впал в эпистатус, из которого его удалось вывести только хирургическим удалением, закрывающей дыру в его черепе, пластмассовой пластины.
А ещё через два месяца Костя попал уже в гематологию с дебютом миелолейкоза, который, несмотря на все медицинские усилия, свёл его в могилу.
Были по этому поводу длительные разбирательства и пересуды.
Как же, в самом деле: произвели во время всех Костиных злоключений бесчисленное количество анализов, а заболевание крови – не диагностировали!
Но сколько не анализировали истории болезни и стёкла с мазками Костиной крови, указаний на возможный лейкоз – не обнаружили.
Через год после смерти Кости, пришёл ко мне домой его отец с бутылкой водки:
- Извини,- говорит,- что не коньяк, но поминают всегда водкой. Давай выпьем и помиримся!
- А мы – ссорились?
- А то! Мы ведь все бумаги на тебя для прокуратуры подготовили, но я сказал: «П.К.- человек!» Уважаю, хоть ты нашего Костю и загубил! Не бзди! Не будем мы никуда писать. Проехали.
Что делать?
Выпили, помянули.
Но мать Кости, при встрече, старается на меня не смотреть и не здоровается.

Я ведь совсем не об этом хотел написать! Так что, продолжение следует.