March 9th, 2011

Gbrf

Размышления в постпраздничной больнице.

Отвратительны эти многодневные празднования!
С утра больницы осаждают толпы родственников.
« С утра» – это что бы освободить для себя весь остальной день и спокойно гулять себе рванине от рубля и выше.

После утреннего налёта заботливых соплеменников в палатах пахнет перегаром алкоголя и дешёвой косметики, мимозами и колбасой.
У больных все болезни резко обостряются. Это неизбежный для всех наших пациентов визит – эффект.
Хуже бывает только психическим больным после осмотра психиатром.
Все мед. сёстры в праздники – раздражены и разочарованы. Губная помада у всех – съедена.
Врачи, кто не с похмелья – ироничны и склонны к лежанию на диване. На телефонные звонки отвечают злобным рычанием, и половина звонивших вешают трубку, думая, что ошиблись номером.
Похмельные врачи дышат через раз в другую сторону и немногословны. Их время ещё не настало.
Появление всякого медицинского начальства встречается с мстительным недоумением: в праздничные дни больница традиционно считается территорией непослушания.
Ни в один другой день медики не бывают настолько фамильярными и склонными к идиотской браваде в разговорах с руководителями.
Наскоро производится оббег палат и перевязки.
Бесчисленным родственникам больных, явившихся в ординаторскую полюбопытствовать: «Как мой…?», через губу объясняется, что лучше поговорить об этом с лечащим врачом в будний день. Я, мол, только дежурный врач и знать обо всех – не могу.
После 14-15 часов, когда шквал спадает и в отделении наступает тишина, похмельные врачи откупоривают заветные посудины с алкоголем и вкушают понемножку целебный эликсир.
Для борьбы с запахом алкоголя применяют всё то же валидол, витамин В – прим и «антиполицай».
В приёмное отделение в праздники с утра вызывают редко.
Вообще, вопреки общему мнению, праздничные дни не всегда бывают напряжёнными для врачей. Мешок может развязаться после девяти вечера.
Но чаще девятый вал побитых и отравленных налетает в последующие дни.
Хотя раз на раз не приходится.

Отдежуривших праздничную ночь докторов, милосерднее всего и для всех, отпускать утром домой, а не задействовать их в операциях и других сомнительных мероприятиях.
Но, к несчастью, это не всегда возможно.

С прошедшими Вас!
Gbrf

Бессмысленный разговор двух врачей контуженных трёхдневным праздником.

Пришёл и говорит:

- Общаться – не с кем!
Никто не понимает о жизни так, как она есть!
Например, мы с тобой видим жизнь не в фас и не в профиль, а со стороны задницы и в положении «раком»!
Что у нас может быть общего с вчерашней душистой поэтессой, переводящей хокку?
У неё вся жизнь - цветущая сакура на фоне Фудзиямы!
А я ещё выпил вчера лишнего….
По мне хокку – так это и не стихи вовсе…
Стихи – это Есенин:

Пой же, пой! В роковом размахе
Этих рук роковая беда.
Только знаешь, пошли их на хер...
Не умру я, мой друг, никогда.

А!? Сила!

А у японской поэтессы Тиё умерло дитё и она вместо того, что бы запить, сойти с ума, или от мужа заблядовать со страшной силой, хокку пишет:

Больше некому стало
Делать дырки в бумаге окон.
Но как холодно в доме!

Может быть, просто перевод такой неудачный?
Или, может быть, на японском языке это как то по особенному звучит?
У японцев же всё наоборот!
Они свою водку тёплой пьют!
От того и стихи у них такие - хуй проссыш!
Ты хоть эту поэтессу помнишь?
- Тиё?
- Какая тебе Тиё! Тиё померла давно уже. Я тебе про девицу эту вчерашнюю говорю! Она же рядом с тобой сидела!
-Рядом? Со мной?...... Так она в брюках была!
-Что такого, что в брюках? Брюки всё равно ведь снимают потом. Какая тебе разница? Зато она японский знает! Следующий раз, когда опять в Японию поедем, надо её с собой взять. Как переводчицу…
- Одна переводчица – на двоих? Что она тебе напереводит в операционной? Сам говоришь - « на фоне Фудзиямы». В обморок она рухнет в оперблоке и всё заблюёт! Лучше уж давай, по старинке… По англицки будем говорить с японаматями.
Ты мне лучше вот что скажи: за каким ты пришёл и меня разбудил?
- Болею. Помирать пора.
- Давай конкретнее: когда помираем?
- Не, я серьёзно...
- Тебе что, вскрытие по знакомству надо устроить. Это – запросто.
- Это я и без тебя могу оформить…. Тут, слыш, специалисты появились по реинкарнации. Свой центр открыли…. У тебя там знакомых нет?
- Нет. Идиотизм всё это.
- А вот воплотишься в следующей жизни в сперматозоиде дауна! Яркая и короткая жизнь у тебя будет!
- А у даунов сперматозоиды есть?
- Не знаю! Знаю только, что дауны – бесплодны. А почему – не знаю. Позавидовать им можно – детей у них не бывает.
- А что тебе – дети?
- Мне - ничего! У меня, может быть, дети и есть, но кто ж их знает, где они проклюнулись после моих гастролей? Кто в Вологде, кто в Сан-Франциско. Это вам, женатикам сложнее.
Слушай, а какая вам радость от этих детей?
У Ивана один сын – диагностированный шизик, другого – убили. Сам же папа его убийство и организовал.
А Фантик?
Ну не дал им бог с Аллой детей, так они двоих усыновили!
Один приёмный сын пропал в бегах безвестно, другой – из тюряги не выходит. А как вышел на полгода – продал Фантикову квартиру трём разным покупателям! Так вместе с папой и продал!
Остался Фант без квартиры, жены и сыновей!
Про твоего – помолчу, а то в рожу настучишь!
Может ещё всё образуется…Нет?
Генриховы детки – ничем не лучше: один умер в горячке, другой – законченный алкаш.
Что – не знал? Андрей ведь так и живёт при наркодиспансере. Его, помня папашу – не гонят. Подкармливают и, как перепьёт – откапывают помаленьку да держат на вязках, чтоб не убёг куда…
Знаешь, если у моей потенциальной жены образуется в животе мальчик – уйду к чертям собачьим и не вернусь. Только девочка!
Хотя вон у Лиды дочка - оторви и брось! Мужиков с 14 лет домой водит.
- У Лиды дочка – приёмная.
- Блядь! А куда эта наёмница мирового сионизма, генетика смотрит!? Надо при каждом детском доме генетическую лабораторию содержать!
- Что толку! Деньги разворуют. В лаборатории – ни приборов, ни реактивов. Только сперма сохнет в стаканчиках. Всю центрифугу забрызгали… Генетики – сопьются…
Без детей, ты прав – лучше!
Объявили надо в России мораторий на деторождение. Заселят территорию китайцы и дело с концом! Не – не с «концом»... В шляпе!
Ладно. Замнём для ясности.
Мне вот это у Басё нравится:

Может быть, кости мои
Выбелит ветер …Он в сердце
Холодом мне дохнул.

- А я с похмела всегда вспоминаю:

Ива склонилась и спит.
И кажется мне, соловей на ветке...
Это ее душа.

- Слушай, там у меня в холодильнике стоит литр неразведённого. Отравимся?