January 22nd, 2011

Gbrf

Спокойной ночи.

Сара, вы обладаете даром привлекать мужчин!
- Даром? Даром я мужчин не привлекаю!


Сначала я то же думала, что это по@уизм, пока не выучила новое слово - стрессоустойчивость!

Ходят тут всякие... а потом месячные пропадают!

Как говорила Анна Каренина: "До скорого!"...

Девиз пластического хирурга: "Красота спасёт мымр!".

Любовник лучше мужа! И ест он реже!

Старость женщины наступает, когда телевизор становится ей интереснее зеркала...

Жизнь прекрасна и удивительна! Если выпить предварительно.


- Почему желание женщины - это закон, а желание мужчины - статья???

С годами мужчинам все труднее бегать за женщинами, приходится волочиться.

Вашими бы устами да помолчать...

Надпись на свечах от геморроя: "Береги подсвечник".

- Что самое лучшее на свете?
- Секс!
- А какой секс?
- На Свете!!!


Новое в животноводстве! Мужики - козлы! Но все-таки неплохо доятся...


Как я уже неоднократно говорил, я никогда не повторяюсь...

Надпись на двери кабинета психиатра: "Пожалуйста, соблюдайте тишину. Помните: Вы - не одни. Они слышат вас... Они везде!!!..".

Деньги точно НЕ зло, зло так быстро не исчезает.

Если третий день подряд не хочется работать, то сегодня среда.


Лейтенант после пьянки утром проспал. У него звонит телефон.
Приятный женский голос:
- Товарищ лейтенант, вы хотите секса по телефону?
- Конечно, хочу!
- Тогда соединяю вас с командиром части.
Gbrf

Коллеги-журналисты из Норильска посылают сигнал SOS

Originally posted by sokolsky_mg at Коллеги-журналисты из Норильска посылают сигнал SOS

        СРОЧНО НУЖЕН ПЕРЕПОСТ!!!!


Председателю Комитета по безопасности ГД ФС РФ Васильеву В.А.    

Председателю Союза журналистов России Богданову В.Л.

Руководителю Клуба региональной журналистики Ясиной И.Е.

Председателю комиссии Общественной палаты РФ по контролю за деятельностью правоохранительных органов Кучерене А.Г.

 

 

 

Уважаемые господа!

 

Бюро журналистских расследований информирует о том, что 20 января 2011 года в г.Норильске пропали два журналиста – главный редактор газеты «Правда Норильска» Дмитрий Белов и его заместитель - Артем Орлов.

Это случилось на следующий день после выхода номера газеты, в котором был опубликован материал-расследование «НАРильск – город без будущего», подготовленный в рамках совместного проекта «Правды Норильска», Бюро www.stopcrime.ru, и Фондом «Город без наркотиков» (Екатеринбург).

Коллеги журналистов сообщили, что несколько неизвестных, представившиеся сотрудниками правоохранительных органов г.Красноярска, днем 20 января вывезли журналистов из здания редакции в неизвестном направлении. Позднее от Дмитрия Белова на телефон одного из его коллег пришло смс-сообщение о том, что «опера из Красноярска выполняют «заказ» и везут их в Екатеринбург», а у самого Белова и его заместителя уже обнаружены «пакетики с белым порошком». После этого связи с журналистами не было.

Просим вас придать данный факт гласности и принять все возможные меры в связи с произошедшим событием.

 

 

Заранее благодарны,

 С уважением,

 

Шеф-редактор Бюро Андрей Калитин,

Член Академии российского телевидения Наталья Метлина,

Руководитель Фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман,

Председатель НАК, член Президентского Совета Кирилл Кабанов,

Президент «Фонда имени Артема Боровика» Генрих Боровик.

 

21.01.2011.



 

Gbrf

Сестры милосердия.

В ленте нашёл сразу несколько записей о мед.сёстрах Америки и России.
У меня несколько другое мнение об этой профессии. Рискну повторить cвой пост от июня 2009 года. Заранее прошу прощение у тех, кто уже читал.


http://onoff49.livejournal.com/2009/06/23/

СЁСТРЫ МИМОСЕРДИЯ


Вроде бы всё знаю о медсёстрах, но решил выяснить, что думают о медсестринских проблемах умные люди. Не мудрствуя, вошёл в Интернет, набрал в Яндексе «медсестры» и получил тысячи (59982) ссылок. Неожиданным оказалось то, что более половины ссылок вели на порнографические сайты: огромной частью населения профессия медсестры воспринимается весьма специфически.


Мне повезло побывать в американских хирургических клиниках. Больше всего поразила не медицинская техника, не операционные, не хирургический инструментарий, а количество медицинского персонала. Как из-под земли, в нужный момент, появлялось 3-5, а то и более, тех, кого бы мы назвали «санитары». Они ловко перекладывали больных с каталок на операционный стол, помогали больному встать, удобнее лечь. Поворачивали, массировали беспомощных больных, сопровождали или отвозили больных на обследование и т.д. и т.п.- без счёта.
Казалось, что для каждой ситуации есть специально выделенные и вымуштрованные люди.
У нас же, в России, на 60 койках хирургического отделения днём работает всего 2 постовые сестры, процедурная сестра, 1- 2 санитарки.
В разных больницах эти цифры могут меняться, но не более чем + - 1.
С 16 часов и до утра в отделении остаётся 2 сестры и, хорошо, если 1 санитарка.
Работа сестры в хирургическом отделении невероятно тяжела. Часто случается так, что в одно и то же время сестре необходимо выполнить сразу несколько дел. Например: подошло время делать инъекции. В это же время нужно «подать» больного в операционную. Звонят и требуют срочно забрать больного из реанимации. В палате №6 у больного капельница «дует» под кожу. Доктор Иван Иванович требует срочно сделать обезболивающее прооперированному Ивану Никифоровичу. Надо отвезти в морг умершего…
Комбинации могут быть самыми разными.
Сделать всё это одномоментно невозможно. Но в медицине сложилось так, что сестра никогда не признается в том, что она, что - то не успела, не сделала. Это невозможно, неприемлемо. Любой врач, старшая сестра отделения, другие сёстры скажут: « Все успевают, одна ты…» (далее укоры и поучения).
Поэтому что-то не делается, что-то перепоручается, что-то делается с большим запозданием.
Сочетание большого объема работы с удручающей леностью сестёр даёт неожиданный результат: сестра вообще перестаёт делать большую часть работы: «Всё не переделаешь!»
Делается только та часть работы, выполнение которой особенно контролируется - введение наркотиков, дорогих и дефицитных препаратов, препаратов, приобретённых самими больными.
В остальном - если можно схалтурить, недоделать, обмануть - обманут, недоделают, схалтурят. Температура больных, артериальное давление, пульс, число дыханий у наблюдаемых больных, отмечается «от фонаря». Больные сами рыщут по больнице, в поисках рентгеновского кабинета, стоматолога, кабинет ЛФК, своим ходом идут в операционную и другие места, куда их послала медсестра, всучив историю болезни. Хотя, по инструкциям, сестра должна сопровождать больного при все его перемещениях.
Уход за больными – минимальный, часто- нулевой. Утром видишь: в какой позе лежал больной без сознания вечером, так и лежит - не поворачивали, кожу не обрабатывали. Отчётливо видны начинающиеся пролежни. Откинешь одеяло, а больной по уши в собственной моче. А сверху прикрыт чистой простынёю! Начнёшь орать, а сестра, дежурившая ночью, уже усвистала домой. Потом стали ругать сестер, принявших по смене неухоженных больных. Не могу сказать, что это помогло.
В нашем отделении много тяжёлых больных, прошедших через реанимацию. В реанимации, для длительных инфузий (внутривенных введений жидкостей и лекарств), таким больным в магистральные (бедренную, подключичную) вены устанавливают катетеры. В этом случаи отпадает необходимость многократно «колоть» больного в периферические вены (подкожные вены рук, ног), не сковываются движения больного, облегчается уход за ним и т.д.
Кроме того, многим больным с нарушением дыхания, производится трахеостомия: через разрез на передней поверхности шеи в дыхательное горло вводится специальная трубка и больной дышит через «продырявленное» горло в обход носовой полости и гортани.
Так вот: сколько реаниматологи (по нашей просьбе) и я не учили сестёр нашего отделения уходу за внутривенными катетерами, трахеостомическими трубками - всё без толку: на второй день катетеры забиваются сгустками крови и перестают функционировать, из трахеостом начинает валить гной, больные задыхаются.
«Загруженность» сестёр и их лень имеют и другие последствия, ухудшающие состояния больных: врачи сокращают и изменяют лекарственные и другие назначения, подстраиваясь под сестёр.
Например: есть антибиотик, который надо вводить три раза в сутки, есть другой, который вводится дважды. Врач, для облегчения участи сестёр, назначит тот, который вводится реже.
Раньше был один пенициллин и его «кололи» шесть раз в сутки! Как успевали?
Чтобы сестрам не таскать больных в перевязочную, некоторым больным делают перевязки в палате, что против всех правил. Врачи стараются уменьшить количество капельниц. Регулируют выписку больных, что бы не загружать сестёр бумажной работой.
Для облегчения работы сестёр, родственники допускаются до ухода за больными. Родственники сами поворачивают своего больного, следят за капельницей, даже сами удаляют с помощью отсоса слизь и гной из трахеотомических трубок, обрабатывают пролежни, кормят «своего» больного.
В некоторых больницах, одно из условий госпитализации, это наличие «ухаживающего», т.е. того, кто будет сидеть у койки больного, и ухаживать за ним.
Часто врачи, жалея сестёр, смотрят сквозь пальцы на их промахи. Своей «занятостью» сёстры козыряют в ответ на любое замечание.
Врач, требующий добросовестности от медсестер, сознательно идет на ухудшение отношений с ними.
Я многие годы следил за выполнением назначений. Шёл на разные хитрости и уловки. Сёстры бурчали: «Вы скоро будете требовать расписываться на ягодицах больного возле каждого следа от инъекции!» Но стоило на день-два ослабить вожжи и половина назначений не выполнялось.
Кроме того, постоянно убеждаюсь, что сестры либо не знают, зачем делается то или иное назначение, либо думают, что знают, но здорово ошибаются.
Печальный факт: у отечественных сестер, проработавших и 5 и 10 лет, вместо хотя бы элементарнейших основ специальности - каша в голове. И полная самоудовлетворенность.
При постоянно проводимых занятиях, курсов усовершенствования и пр., не перестаёт удивлять низкий уровень сестринского персонала и полное отсутствие тяги к профессиональному совершенствованию.
Врач ещё может подумать о том, что, говоря красиво, называют «долгом», «самоотверженностью». Медсёстрам это несвойственно. Пример (то, что повторяется почти ежедневно): сложная операция, что - то пошло не так. Операция затягивается. И вот, к 15 часам, в предоперационной начинается грохот тазов, шум льющейся из кранов воды, беготня и громкое, раздражающее шушуканье с занятой на операции сестрой. Это операционные сёстры и санитарки, не участвующие в операции, дают понять, что рабочий день кончается, им надо убирать операционную и идти домой, а мы им тут, со своею дурацкой операцией, мешаем!
Больной, того гляди, умрёт, хирург и анестезиолог на пределе, а этим надо домой! Сколько ругался - не помогает. Понимают только наказание рублём, но наказать рублём - не в моей власти.
Существует врачебная тайна, «сестринской» тайны нет и при их болтливости, быть не может: о любом больном всем всё и всегда известно по вине сестёр.
Жалуясь на чрезмерные нагрузки, медсёстры, вместе с тем, никогда не отказываются от подработок за заболевших товарок, на время отпусков, за свободные ставки. Устроится в больницу сестрой очень трудно. Свободные ставки есть, но они скрываются и «разрабатываются», сестрами, имеющимися в наличии. Поэтому приход « новенькой» всегда встречается «в штыки».
Такое вот сочетание низкой зарплаты со стрессовыми нагрузками и ленью. Никто и не спешит платить больше за плохую работу! Порочный круг.
Ещё одна беда – сестринские сплетни и злословие. Думаю ни одно другое учреждение не заражено сплетнями и ссорами так, как больницы. Вообще, в больнице идеальные условия для взращивания всех женских недостатков - болтливости, любопытств, злословия, зависти и прочее.
Но это тема для другого разговора.
Сознательно не касаюсь здесь многих других проблем медицинских сестёр - им нет числа. Желающих ознакомится с ними подробно, отсылаю к книге И. Харди «Врач, сестра, больной». Книга эта многократно переиздавалась в России.
Как наладить работу среднего медицинского звена?
Надо что бы в штате больницы было больше обслуживающего персонала, даже за счёт сокращения врачебных ставок и ставок бесчисленной околомедицинской камарильи: заместителей главврача, экономистов, работников АХЧ, АСУ, бесчисленных городских и областных чиновников от медицины.
В медицинских училищах надо готовить сиделок, «бумажных» сестёр, массажистов, помощников сестёр, специалистов по ЛФК и других «вспомогательных» специалистов. Если такие люди появятся в больнице, их будет много и им будут хорошо платить, то сестры смогут заниматься только медицинскими назначениями и у неё не будет повода бегать от работы.
Я отчётливо понимаю, что сделать это очень трудно – есть масса методологических, организационных и экономических проблем. Но что - то делать необходимо. Иначе не помогут самые хорошие и нужные национальные программы.
Я знаю, что, прочитав этот текст, медицинские сёстры обидятся и скажут, что всё не так, что это клевета. Но так сказали бы и медсёстры 15-й городской больницы Екатеринбурга, а потом пошли бы и заклеили рты плачущим детям пластырем.
А мы ведь с Вами, сёстры, знаем, что случаются вещи и более страшные.